zeftera.ru.

Не могу себе позволить оставить людей без молитвы

kononenko_igor_nikolaevich

Любим ли мы болеть? Для человека естественно стремление к здоровью, к гармонии, к счастью. Ведь Господь не создавал ни болезни, ни разлада, ни горя. Они являются последствиями нашего свободного выбора. И поэтому памятью о рае живет в нас стремлением к здоровью, к чистоте, к счастью.
Но есть болезни, которые стремятся убить саму память о рае. Болезни, в которых человек не хочет признаваться, от которых он не хочет лечиться. И потому, что стыдно вспоминать рай и то, каким ты призван быть. И потому, что болезни эти поражают более всего волю человека, ведь изначально грех является болезнью воли человека.
Может быть, поэтому не любят в нашем обществе говорить об алкоголизме, наркомании и других видах зависимости. Именно в них особенно явно проступает связь болезни, страдания, греха и смерти. Потому, наверное, не случайно на территории Областного наркологического диспансера был построен храм. Ведь Церковь имеет Лекарство от греха, именно в храме больной человек может найти силы для того, чтобы бороться со своей болезнью. И, конечно же, не случайно храм на территории диспансера освящен в честь святого мученика Вонифатия.
Как известно, мученик Вонифатий долгое время жил разгульно. Однако не смотря на это он смог измениться и отдал свою жизнь за Христа. Особенность жития святого Вонифатия в том, что в нем описывается не только его мученичество, но и борьба, которую он вел с собой и со своей страстью. Именно поэтому так дорог его пример тем людям, которые, как и он когда-то, хотят вылечиться. Своей жизнью святой мученик Вонифатий указывает им Путь борьбы с болезнью.
Память мученика Вонифатия празднуется Православной Церковью 1 января — в день, который вся наша страна проводит в покаянных мыслях, подобных мыслям героя любимого новогоднего фильма: «Надо меньше пить». Этот факт тоже вряд ли можно посчитать случайностью. И уж, конечно, совсем не случайным является то, что 2 января был основан Областной наркологический диспансер, которому в этом году исполняется 30 лет.
С просьбой рассказать об истории храма и о некоторых особенностях своего служения мы обратились к протоиерею Игорю Кононенко, настоятелю храма в честь святого мученика Вонифатия, заместителю главного врача по медицинской части Областного наркологического диспансера.
Отец Игорь, как связаны между собой два Ваших служения?
Ответ на этот вопрос мне кажется уместным начать с небольшого исторического экскурса. Ранее душевные болезни понимались как заболевания, прежде всего связанные с неким разладом, произошедшим в душе человека. И причина такого разлада заключается в нарушении отношений человека с Богом. Таким образом, душевное лечение понималось как лечение через восстановление связи с Господом, через воцерковление, через соединение с Господом в Причастии, Которое является высшим лекарством. Поэтому при больницах, в особенности психиатрических, всегда были храмы. Процент исцелений больных в них был очень велик. В таких случаях деятельность священника и врача естественно сочетались и дополняли друг друга.
Сейчас же ситуация несколько иная. Высокого уровня развития достигла технологическая сторона лечения, однако процесс душевной болезни остается тем же. Следовательно, и излечение без восстановления нормальных связей между человеком и Богом невозможно. Этого понимания, к сожалению, на сегодняшний момент у большинства врачей нет.
Насколько важно быть воцерковленным врачом, я знаю, прежде всего, из своего опыта. Вы знаете, что медикам, работающим в психиатрической службе, доплачивают определенный процент за вредность. В чем же заключается эта вредность? Официально эту надбавку дают за работу с повышенно агрессивными больными. Однако риск, которому подвергается такой врач, – это опасность заразиться душевной болезнью. Представьте следующую ситуацию. С душевнобольным, к примеру, начинает работать невоцерковленный врач. Следовательно, он работает не защищенным Таинствами Церкви. И так он работает в условиях скученности душевнобольных, одержимых людей. Общение с этими больными небезопасно, потому что бес может посмеяться над таким врачом, войдя и в него. Нередко мне приходилось встречать врачей-атеистов, которым Господь попускал психическую болезнь, в особенности если этот человек страдал гордостью.
Часто врачи получают одержимость если не в регистре серьезных психотических заболеваний, то в плане различных фобий (страхов), неврастении, истерических расстройств.
   Отец Игорь, скажите, пожалуйста, в чем Вы видите первопричину болезней?
Согласно святым отцам, первопричина болезней – это наши грехи. Но не только это. Болезнь может посылаться для очищения и достаточно воцерковленным людям. Болели перед кончиной и святые, через болезнь получая духовное возрастание.
Отец Игорь, есть ли в Вашей деятельности такие проблемы, которые Вы пытаетесь разрешить и как врач, и как                  священник?
Есть у меня одна скорбь, которая давно тревожит меня. Средняя длительность лечения у нас в больнице две недели. За это время возможно снять острое состояние. Но что дальше будет с больным? Дальше он остается один.
Нужны промежуточные реабилитационные системы. Причем эти системы, безусловно, должны быть православно ориентированы. К сожалению, я не знаю ни одного подобного православного центра.
Создание такого центра – это длительный, неблагодарный труд, который не принесет в ближайшее время каких-то плодов. Это подвижнический труд. Понятно, что для организации православного реабилитационного центра необходимы и значительные финансовые затраты, нужна и земля, нужны и квалифицированные кадры, специалисты, труд которых должен оплачиваться достойно, и прочее, и прочее. Тем не менее, такая работа необходима сейчас как никогда.
Еще несколько лет назад было трудно представить, что на территории нашей больницы будет храм. Сейчас мы уже совершаем в нем богослужения. Поэтому я надеюсь, что с помощью Божией в скором времени в Донецке будет такой центр.
   Вы начали рассказывать о храме, построенном на территории диспансера. Не могли бы Вы подробнее рассказать о его    строительстве?
Впервые мысль о строительстве храма именно на этом месте высказал архимандрит Антоний (Чернышов). Но тогда это казалось таким далеким и нереальным! Вначале храм был домовым и располагался в административном корпусе больницы. Освятил его в 1997 году схиархимандрит Зосима (Сокур) по благословению Высокопреосвященнейшего Илариона, митрополита Донецкого и Мариупольского. Первым его настоятелем стал игумен Сергий (Горошенко), затем — протоиерей Олег Косенко. Сейчас же это послушание несу я.
Когда только начиналось строительство храма, то мы во многом были первооткрывателями. В то время еще не было в Донецке опыта строительства храмов на территории больниц, тем более наркологических. Кроме того, наша община была первой, получившей регистрацию в Буденновском районе. И для меня лично это было особое время, время моего вхождения в Церковь. Поэтому наш храм сыграл огромную роль и в моей личной жизни.
   Отец Игорь, а есть ли такие вещи в Вашей врачебной практике, которые Вы себе не можете позволить именно как              православный священник?
Не могу себе позволить оставить людей без молитвы. Имена всех людей, которые хотя бы раз переступили порог моего кабинета, я записываю, чтобы постоянно молиться о них на богослужении. Ведь я несу моральную ответственность за неудачи в лечении, за каждый срыв больного, обратившегося ко мне.
Еще одна вещь, которую я не могу себе позволить как православный человек, это ложь. Дело в том, что некоторые врачи иногда прибегают к такому методу как «ложь во спасение» или потенцирующая терапия. При этом преувеличивается значение какого-либо лекарства, искусственно в человеке зажигают желание это лекарство во чтобы то ни стало получить. При этом у человека возникает желание получить исцеление и вера в то, что только рекомендуемое лекарство может помочь ему выздороветь. Я этот метод не очень одобряю. Лечение больного алкоголизмом заключается, прежде всего, в восстановлении утраченной связи между ним и миром, между ним и обществом, между ним и Богом, а с помощью лжи такая связь не может быть восстановлена.
   Человеку, страдающему алкоголизмом, или его родственникам, если они выступают инициаторами лечения, трудно          бывает сориентироваться в методах, которыми тот или иной врач предлагает лечить это заболевание. Не могли бы Вы    рассказать о том, какие методы лечения существуют в наркологии на сегодняшний день? Есть ли среди них такие,            которые являются неприемлемыми для православных христиан? Каким методам можно доверять, а каких следует            опасаться?
Часто люди, приходя ко мне на прием, начинают разговор с вопроса о том, какими методами я лечу. Обычно в таком случае я отвечаю – многими, множество существует подходов — и медикаментозных, и психотерапевтических, и духовных, — подбирать лечение всегда надо индивидуально. Поэтому, прежде всего, должна произойти встреча с больным, должен появиться контакт с человеком, который придет. Часто приходится сталкиваться с нежеланием больного лечиться. В таком случае я советую родственникам предложить ему не лечение, а встречу и беседу со мной.
Очень важно наладить контакт с больным, благодаря которому у него уже не будет барьера при обращении к наркологу. Кроме того, такой человек получит моральную поддержку: необходимо попытаться найти в человеке что-то хорошее. Ведь больной алкоголизмом – это страдающий человек, он нуждается в поддержке.
Среди методов, которые являются очень популярными, однако не всегда оправданно, надо назвать методы одномоментного лечения. Необходимо помнить, что алкоголизм – это хроническое заболевание, он не лечится мгновенно. Как можно за один раз вылечить организм, который отравлялся годами? Даже если такой одномоментный метод поможет, то отравленный организм все равно будет «тянуть» человека вниз. Поэтому лечение алкоголизма состоит из нескольких этапов. Первый, обязательный, — этап дезинтоксикации. Существует богатый арсенал методов дезинтоксикации. И наш диспансер, который является и методическим центром, и кафедральным центром, обладает этими методиками в полной мере.
Еще одним следствием желания вылечиться сразу, быстро и без труда является обращение ко всевозможным гадалкам, целителям и прочим шарлатанам. Это нежелание потрудиться для своего выздоровления и рождает спрос на все существующие одномоментные методы лечения.
Заканчивается лечение завершающими процедурами. У нас в диспансере и на этом этапе применяются самые разнообразные методики. Собственно говоря, именно тут мы в ряде случаев применяем одномоментные методы, эффективность которых очень повышается после прохождения предыдущих этапов.
Используем депонирующие препараты, сенсибилизирующую терапию. Они связаны с вшиванием человеку препаратов, которые вызывают страх перед употреблением алкоголя или вызывают аллергические реакции в случае употребления алкоголя человеком. Эти методы иногда критикуются в православной прессе, как такие, которые удерживают от употребления алкоголя за счет чувства страха. Однако мне кажется, что такая критика не совсем правомерна. Страхи играют ограничительную роль. Нас с детства учат правилам поведения, при нарушении которых нам грозит боль, страдания, болезнь, смерть. Например, нас учат переходить дорогу на зеленый свет, а не на красный, и так далее. Поэтому на определенном этапе, пока человек еще не дорос до жизни по любви, а не по страху, такие методики, мне кажутся, вполне допустимыми.
Среди методов, к которым Православие относится однозначно негативно, можно назвать гипнотические, так как при их использовании один человек манипулирует психикой другого человека.
И в завершение нашей беседы хотелось бы дать один общий совет. Не стоит искать лечения в подворотнях, так как это может привести к неизвестным результатам и последствиям. Один из плюсов государственной структуры – это контроль уровня квалификации врачей. Поэтому я всем советую: не обращайтесь ко всевозможным целителям, знахарям, не гонитесь за одномоментными, «быстрыми» методами лечения, ведь подобные обращения могут стоить вам не только денег, но и потери последнего физического и психического здоровья.

Оставить комментарий

РНЦ © 2008 - 2017