zeftera.ru.

Душевные болезни лечатся духовными лекарствами

Кононенко. Душевные болезни


В Свято-Вонифатиевском храме, построенном при Донецком Областном наркологическом диспансере, служит необычный священник. Дело в том, что настоятель больничного храма, протоиерей Игорь Кононенко – врач-психиатр с более чем 30-летним стажем, заместитель главного врача наркологического диспансера по медицинской части. Журналу «Живой родник» отец Игорь рассказал о том, как медицинская практика привела его в Церковь, о борьбе с грехом уныния и депрессией, а также о том, как вера помогает побеждать душевные болезни.

   Дорога в храм – через наркологию

   Отец Игорь, стал ли ваш приход к вере прямым следствием вашей врачебной деятельности?
Безусловно. Начинал я работать одновременно и психиатром, и психотерапевтом, и наркологом. Тогда даже была отдельная специальность – психиатр-нарколог. Помимо детоксикации, выведения из запоя, психозов, укрепления организма наркология связана с поиском образа существования, смысла жизни, мировоззрения, которое будет вести больного по жизни и укреплять. Поэтому позитивные результаты, которые удавалось получать в лечении, были связаны именно с тем, что человек менялся, отбрасывал свои греховные привычки. И не только пристрастие к алкоголю, но и те, которые он тащит за собой: блуд, гневливость, раздражительность, агрессивность, депрессии, преступные злодеяния, совершаемые в состоянии алкогольного опьянения. И когда человек обрубает все эти греховные ниточки, он воспаряет, ему легче жить и уже неинтересно возвращаться к алкоголю.
Наблюдая за тем, как эти изменения личности давали хорошие результаты и пользу больным и их семьям, я стал интересоваться вопросами веры. Так совпало, что к тому времени, в конце 80-х, Церковь у нас разрешили. Я начал узнавать, для чего она существует и что дает душе человека страждущего, который приходит в храм. Мне повезло с духовниками, я видел, что они помогали пьянствующим, много молились за них. Я был свидетелем случаев, когда священник и родственники буквально вымаливали страдающих алкоголизмом, это было удивительно и очень наглядно. Это одна из причин, по которым я двигался к Храму Божиему. Кроме того, первое, что меня впечатлило, было не хор, не иконы, и не священник. Зайдя в храм, я почувствовал, что там истина. Я стоял подолгу на службах, даже ничего не понимая, и ощущал, как я позже понял, Богоприсутствие.
   Ваши духовники направляли вас в вашей лечебной практике?
Вначале это был архимандрит Антоний (Чернышев), потом схиархимандрит Зосима (Сокур). Благодаря их советам и духовной поддержке на территории нашей больницы в 1997 году был освящен один из первых, а, возможно, и первый в СНГ больничный храм, а также первый храм в Буденовском районе вообще. С батюшкой Зосимой мы обсуждали лечение психических больных. Он глубоко владел вопросом. Например, по поводу распространенного в народе мнения о вреде использования в лечении психотропных лекарств он говорил: «Какое отношение к душе имеют психотропные лекарства? Повредить психике человека они не могут» И я с ним абсолютно согласен. Такие лекарства снижают уровень агрессивности, избыточной активности или наоборот – при депрессиях – активизируют угнетенную деятельность человека. Они помогают упорядочить поведение больных, позволяют добиться стойкой ремиссии и хорошо адаптировать к социальной жизни.
Мы часто находили общий язык с отцом Зосимой. У нас даже дни рождения рядом: у него третьего, а у меня пятого сентября. Буквально за неделю до его упокоения я привозил ему проект храма. Будучи в очень тяжелом состоянии, подключенным к искусственной почке, он вносил правки в проект будущего Свято-Вонифатьевского храма. А потом, зная что мы уже больше с ним не увидимся, сказал: «Теперь я буду помогать тебе строить храм с того света».

   Верующий – значит, больной

   Не возникало противоречия между вашим интересом к духовной сфере и медициной – рациональной наукой?

В медицине есть разные направления, более или менее рациональные. Есть патологическая анатомия, где все предельно точно: есть клетка нормальная, а есть атипичная, воспаленная, перерожденная, злокачественная, доброкачественная и так далее. Хирургия, в которой очень много зависит от точности и техники. А есть психиатрия, которая занимается душевно больными, как в старину их называли, людьми. И первый же вопрос, который себе задаешь: от чего душа у человека болит? Что делать, чтобы облегчить душевные страдания? Как упорядочить жизнь человека, у которого все есть, а он страдает? Чего ему не хватает? Часть ответов находил в философии, психологии, психотерапии, но наиболее полные ответы нашел в Православной Церкви, учение которой на сегодняшний день лучше всего помогает мне в лечении больных.
   Вам не приходилось встречать неприятие среди коллег, возмущение таким «антинаучным» подходом?
Тогда мои недоброжелатели говорили обо мне: «Хороший человек, но в религию ударился, немного повредился, видимо». Я закончил мединститут в 1978 году, в то время многие люди знали о Церкви лишь понаслышке. Вера считалась нездоровым состоянием. Тогда даже существовал такой диагноз: религиозный бред. Раз человек молится, значит, он разговаривает с голосами и несуществующей силой, в которую верит – его надо лечить.
Но я вам больше скажу. Врачи-психиатры работают в среде повышенного числа бесноватых людей, одержимых, больных разными психозами и шизофренией. И если врач агрессивно атеистически настроен, не носит крест и, более того, позволил себе хоть раз похулить Бога, все может закончиться очень печально. Случаев сумасшествия среди психологов я видел очень много, самоубийств и депрессий среди психиатров – сколько угодно.
У работающих с душевнобольными возрастает риск заболевания психическими расстройствами. Необязательно шизофренией: регистр заболеваний велик – это и депрессии, и различные навязчивости, и неврозы. Если человек защищен молитвой, ношением креста, верой в Бога, ему легче работать в этой сфере. Если он сострадателен к больным, любит их, не относится презрительно или высокомерно: некоторые неверующие врачи считают, что они все знают о человеке и переоценивают себя – они знают лишь набор симптомов и необходимые препараты.
   Такой фактор, как наследственность, может объяснять причины психического заболевания?
Существует определенная предрасположенность к развитию наследственного заболевания. Но если вы знаете, что у родственника, к примеру, диабет, и культурно относитесь к своему здоровью: избегаете стресса, не переедаете, контролируете уровень сахара в крови, то вы можете избежать этой болезни. А зная, что ваш родственник страдал душевным заболеванием, вы воцерковляетесь, исповедуетесь, причащаетесь, молитесь, поститесь, а «сей род изгоняется постом и молитвой» – то вы можете избежать и этого заболевания.
   Даже шизофрении?
Конечно. Ведь не происходит же так, что если у больной матери рождаются три ребенка, то они все автоматически становятся шизофрениками.
   А если человек уже болен таким тяжелым заболеванием, его можно излечить молитвой, исповедью и причастием?
Трудно, но возможно. Бывает, исповедуешь такого болящего, пытаешься разобраться в его духовном состоянии, а он вспоминает грех, который до этого не осознавал (например, богохульство), и преломляется ход болезни, ему становится гораздо легче. Человек идет на улучшение, начинает работать и даже занимать высокие посты. У меня были такие случаи.
Мы также знаем немало примеров из житий святых, которые молитвой исцеляли душевно больных. Так, к пещере Иоанна Затворника приводили бесноватого – а беснованием, очевидно, в то время называли шизофренические приступы или состояния – и святой подвижник молился и излечивал его.

   Болезнь XXI века

   Правду ли говорят, что депрессия – болезнь нынешнего века?
Можно сказать и так. Во-первых, сейчас происходит катастрофическая дехристианизация населения Европы, США, Латинской Америки, и даже у нас – в Украине и России. Люди не верят, что есть жизнь вечная, что Господь своей жизнью, проповедью и заповедями, через страдания на кресте указал путь к нашему спасению. Рушится все мировоззрение в головах у людей, появляется ощущение бессмысленности жизни, выхолощенность эмоций, наступают апатия и депрессия. Косвенные признаки дехристианизации – снижение рождаемости, увеличение числа сект, распространение, как заразы, либеральных идей. Как писал Достоевский: раз Бога нет, то все дозволено, человек «имеет право» на грех.
Раньше мировоззрение формировала Церковь, и подсказывала путь прохождения жизни безопасный вообще и психически в частности. Позже, в Советском Союзе, – «кодекс строителя коммунизма», который во многом был взят из Евангелия. Существовали моральные заповеди, хотя их прямо не называли евангельскими. Изменил жене, разрушил семью – вызовут на партком. Учили, что надо заботиться о старших, о родителях, жить честно, не воровать. Чтобы общество было здоровым, надо делать здоровые «прививки» – моральные установки.
Вторая причина распространения депрессий – огромные информационные нагрузки. Прежде информация подавалась постепенно, систематически: сначала в школе, потом в институте и так далее. А теперь, если ребенок зайдет в интернет, он получает столько информации, сколько переварить не успевает, и в голове возникает хаос, происходит перенапряжение, срыв. Развивается игровая или интернет-зависимость, причем по шизофреническому типу: человек теряет контакт с окружающим миром, интерес ко всему, что не связано с компьютером, разрывает социальные связи и перестает общаться даже с родными и близкими.
   Чем уныние отличается от депрессии?
Мое частное мнение – это одно и то же. Чтобы не запутаться в терминах, я предпочитаю ставить между этими понятиями знак равенства, оговариваясь при этом, что степени уныния, как и степени депрессии, могут быть разными: от легкого невроза до отчаяния со ступором и суицидальных мыслей.
Каковы причины, приводящие к унынию?
В первую очередь, грехи. Особенно такие как гордость, тщеславие, славолюбие, сребролюбие, сластолюбие. Перенасыщается человек всем, и это приводит его к унынию, или отбирается у него то, к чему привязан – вещи, которые составляли основу, смысл его существования, – и он впадает в отчаяние. Некоторые святые считают уныние из всех грехов тягчайшим, способным погубить душу. Уныние или депрессия в своем высшем проявлении – это неверие в промысел Божий: даже не отход, но отрицание спасения, которое приравнивается к богохульству.
   Как проявляет себя депрессия?
Она характеризуется подавленным настроением, утратой способности переживать радость – это два очень важных момента. Далее следуют пессимистичный взгляд на происходящее, неспособность принимать решения, заниженная самооценка, мысли о смерти. Кстати, сам термин депрессия происходит от латинского слова deprimo, которое означает «давить», «подавлять». Терминологическое определение уныния (по-латински acedia – упадок сил, расслабление тела) очень сходно с депрессией.
   Может быть депрессия болезнью не души, а тела?
Бывают случаи, когда диагностируют болезнь «от естества», если она возникает без видимых причин. Но причина есть всегда, просто не могут ее установить. Поэтому врач пишет: депрессия связана с нарушением баланса определенных нейромедиаторов: серотонина, норэпинефрина и других. На них воздействуют медикаментозно, на этом основан принцип действия антидепрессантов. В последнее время я прихожу к тому, что само по себе нарушение нейромедиаторного обмена не объясняет причины заболевания. А что послужило причиной самого этого нарушения? Что его вызывает?

   За помощью – к священнику

Бывает так, что в человеке еще жива вера, но депрессия уже зашла в такую стадию, что он уже не в состоянии одним усилием воли ее побороть?
Конечно. Ведь такое состояние характеризуется не только подавленным настроением, но также общим снижением энергетики на физическом уровне. Леность, переходящая в слабость, обездвиженность, состояние апатии, сужение сознания – этих причин уже достаточно, чтобы посоветовать человеку обратиться к квалифицированному психиатру и подобрать медикаментозное лечение антидепрессантами. Есть ряд клинических симптомов, когда необходима даже госпитализация больного – если больной обездвижен, смотрит в одну точку, отказывается от пищи.
Где проходит грань, когда уныние становится болезнью, которую сложно победить без посторонней помощи?
Каждый случай индивидуален. Бывает реактивная депрессия, вызванная реакцией на внезапную утрату близкого человека. Чаще всего острота переживания снижается сама по себе: время лечит. А затянувшиеся ситуации, конечно, требуют коррекции, в том числе и духовной: священник должен расспросить о внутренней концепции человека, отчего он из этого состояния не выходит, почему у него нет никаких мотивов к существованию. Если он произнесет слова «жить не хочется» или «жизнь не мила», то хорошим делом будет посоветовать обратиться к врачу. Это нормально. К сожалению, у нас стыдятся обращаться к психиатру. Есть «стыдные» болезни, а есть «нестыдные». К первым относятся психиатрия, наркология, дерматовенерология и другие. А вот от инфаркта умереть как бы «почетно».
В таких случаях лучше идти именно к психиатру, а не, скажем, психологу, потому что психиатр больше знаком с клиническими проявлениями депрессии и может предотвратить от перехода в тяжелые стадии, сопряженные с риском суицида. Правильно подобранный антидепрессант выведет из острого состояния, и когда у больного расширится сознание и он будет способен воспринимать окружающий мир, восстановится эмоциональная стабильность, появится возможность адекватного контакта, стоит побеседовать со священником. Можно обратиться и к психотерапевту, но если человек мало-мальски воцерковленный, я бы порекомендовал пойти к умудренному, духовно опытному священнику. Потому что он знает наработанные Церковью механизмы выхода из кризисных ситуаций. Он будет разбираться, почему человек до этой жизни дошел, какой сбой в его логике произошел, в его мировоззрении, восприятии мира. Лучше всего, если больной будет пунктуально следовать назначениям врача и параллельно в храме выполнять то, что говорит священник, который определит объем молитв, чтобы он не перегрузился, и послушание было адекватно его состоянию. Пусть он не читает все плавило, лучше может даже всего одну молитву, но осознанно. В некоторых случаях не показан жесткий пост. Священник, так сказать, подберет дозу духовного лекарства.
   Способен вылечить больного неверующий врач?
Неверующий врач может помочь, когда нужна неотложная помощь, ведь в атеистическое время лечили. Но с моим медицинским опытом я прихожу к выводу, что без духовной помощи можно подлечиться, а радикально развязать эту проблему невозможно. Все равно в конечном счете все упрется в поиск мировоззрения, смысла жизни. А истинный смысл жизни наиболее полно раскрывает только православное учение.
   А если человек неверующий и не хочет по этому пути идти?
Врач может вывести его из депрессии, но насколько стабильным будет улучшение? Или он до конца жизни будет есть таблетки до отупения, или придет к осмыслению своей жизни и вере. Душевные болезни лечатся духовными лекарствами. Батюшка Зосима говорил: «Высшая форма лекарства – Святое причастие».

   «Всегда радуйтесь»
   Что нужно делать, чтобы не впасть в грех уныния?
Святитель Тихон Задонский страдал депрессиями, это подробно описывается в его биографии. Но он преодолел эту напасть, и болезнь не одолела святого. Практически во всех молитвословах есть указания, что этому святому нужно молиться об исцелении от душевных недугов, и уныния в том числе. Необходимо также памятовать о попечении Господа о нас, о промысле Божием: «Не бойся, ибо Я с тобою; не смущайся, ибо Я Бог твой; Я укреплю тебя, и помогу тебе, и поддержу тебя десницею правды Моей» (Ис 41: 10).
Очень важный момент – развитие позитивного мышления. Даже если тебе худо, нужно всегда стараться сохранять положительный настрой, уметь видеть во всем хорошее, находить интерес в жизни. «Царство Божие нудится» (Мф 11: 12), поэтому нужно нудить, то есть, принуждать себя и к хорошему настроению, самому его создавать. Позитивное мышление рождает и позитивную реальность: кем себя запланируешь, тем и будешь. Если что-то богоугодное запланировали, то Господь управит, надо только следовать в духе Его рекомендаций.
Уныние – смертный грех, но очень важно, как мы с ним справляемся. Часто цитируют слова Иоанна Златоуста о том, что отчаяние посетило и Иуду, и апостола Петра. Они оба отреклись, совершили предательство. Но Петр спасся, потому что раскаялся с упованием на милость Божию, а Иуда – без упования, поэтому закончил жизнь самоубийством.
Среди некоторых верующих бытует убеждение, что христианин не может быть веселым, но должен сохранять скорбное выражение лица…
Во всем мера должна быть, золотая середина. Я не могу представить себе святых угодников, которые без улыбки бы встречали гостя. Очень многие шутили в меру. Удачно умели использовать шутку и батюшка Зосима, и отец Антоний. Уместная, нециничная шутка снижает уровень напряжения между людьми, разряжает обстановку.
Сектанты спросят – а покажите место в Новом Завете, где написано, что Христос улыбался? Но в Евангелии записано самое важное, существенное для христианского учения, там не расписано каждое действие Христа во всех подробностях. Ко всему нужно подходить с разумением. Я не представляю себе учеников, которые не улыбались, не радовались при виде Иисуса Христа. И неужели Богородица, видя ребеночка своего, не улыбалась? И вы всегда радуйтесь, будьте солнышком для людей!

Оставить комментарий

РНЦ © 2008 - 2017