zeftera.ru.

Другая война: наркотики

Истории реальных наркоманов и что с ними случалось дальше после того, как они начали употреблять различные вещества.

Наркоманы-1

Наркотик стал моим богом

Мне 39 лет. 10 лет принимал наркотики. Не употребляю наркотики 7,5 лет. Иногда мне кажется, что причины этого кроются в детстве. Родители были заняты зарабатыванием денег, а я рос с дедушкой и бабушкой, которые всячески меня опекали. В детский сад я не ходил, а когда пошел в первый класс, то не умел даже ботинки зашнуровывать самостоятельно, настолько все делали за меня, предвидя каждое мое желание. Я был необщительным и, хотя учеба мне давалась легко, друзей у меня почти не было. Шахматы, книги – вот и все мои увлечения.

Наркотик я попробовал впервые на третьем курсе института. Предложил друг, сказал, что это, как алкоголь, но ярче, к тому же не шатаешься. Препарат этот тогда свободно продавался в аптеке, не относился к наркотическим и был дешев. Ощущения меня потрясли – счастье, окрыленность, мир оказался полон красок и прекрасных людей. Разница между жизнью без препарата была разительной – меня накрывала черная тоска, все теряло смысл. С первого раза я понял, что буду наркоманом. Было ли мне страшно? Нет. Мне было страшно остаться без наркотика. Как-то быстро он стал моим богом. Богом, но и хозяином, которому я безраздельно служил. Когда во время академического отпуска начал работать на заводе слесарем, стал употреблять таблетки каждый день.

Началась череда работ и увольнений за прогулы, когда я не мог ничего делать без наркотика. Ломки выбрасывали из жизни. Родные вскоре поняли, что я наркоман. Хотя первое время старались не замечать, не хотели верить в это. Я врал, я занимал деньги, выносил из дома аппаратуру, золото, а ум, тренированный шахматами, предлагал различные хитрые комбинации, как без откровенного криминала не остаться без наркотика. Все было подчинено ему. Я пытался сбежать из этой зависимости. Как какое-то вещество владеет мною, думал я в редкие секунды пробуждения?! Предпринимал попытки самоубийства, лечился в психиатрической клинике, где зависимость от одного препарата глушилась другой. Да и туда, в палату, я хитростью проносил вещество. Я был вне мира, я был выше его, я не мог быть вместе с улыбающимися людьми на улицах. Наркотики дают чувство особенности себя, делая наркомана законченным эгоистом. Попытки бросить оканчивались тем, что, выйдя из психиатрической больницы, я с удивлением обнаруживал себя идущим в аптеку. Сами ноги меня несли туда, а другого пути уже и не было. Родители думали, что я бросил, но вскоре понимали, что я им врал. Я пытался спрыгнуть, переходил на более легкие вещества, но полностью бросить не мог. Вскоре наступило истощение – физическое, моральное. Было ощущение, что скоро сдохну или сойду с ума.

Наркоманы-2

Я думал — спрыгну в любой момент

Я родился в полноценной обеспеченной семье, был окружен заботой многочисленных родственников и мало в чем нуждался. Учился я небрежно, отдавая предпочтение спорту и улице. В какой-то момент мне стало скучно. У меня было все, не было никаких проблем, отказа не было ни в чем, но чего-то мне не хватало. Я рос эгоистом. И мне кажется, в этом причина моей зависимости. Наркотики, которые появились позже, стали лишь ее следствием.

Впервые я попробовал в 16 лет курительные наркотики, не скажу, что мне слишком понравилось. А затем на летних каникулах открыл для себя сильнодействующие таблетки – никаких рецептов для того, чтобы его приобрести, не требовалось. Прямо в центре Донецка в аптеке на площади Ленина был рассадник наркоты. Не думаю, что кто-то был не в курсе этого.

А через 1,5 года случился мой первый укол. Я не помню второго и всех последующих уколов, но ту первую инъекцию помню хорошо. Что я почувствовал? Я понял, что вот оно счастье, которое ищут люди.

Однажды, еще в самом начале употребления, я приехал в гости к старому наркоману. У него за плечами уже было много лет отсидки, а в квартире не было ничего – только грязный матрац в углу. Он глянул на меня, розового и свежего, приехавшего на собственной машине и только проронил:

— Вот куда ты лезешь? Скажи?

— Прекращай, расслабься. Я спрыгну тогда, когда захочу, — с усмешкой ответил я, а про себя подумал, что таким, как он, никогда не стану.

— А с какого этажа прыгать собрался? – вдруг задал он мне непонятный вопрос.

Тогда мне казалось, что я контролирую процесс. И правда, сначала я употреблял раз в неделю один кубик, затем два раза в неделю, а затем — каждые 3-4 часа. Вскоре начались ломки и наркотик мне был нужен уже не для кайфа, а, чтобы просто не сдохнуть. Я просыпался на мокрых от пота простынях, у меня выкручивало каждую клетку, и я готов был на все, только бы добыть дозу и прекратить муки. Вот у каждого болели хоть раз в жизни зубы? Так вот я был одним сплошным больным зубом. Ночи я боялся больше, чем милиции, боли усиливались невероятно. А моя суточная доза уже равнялась 50 кубикам. Когда-то я считал тех, кто колет 10 кубиков конченными и был уверен, что таким никогда не стану. Они – иное, а я всегда смогу бросить, был уверен я. Особенность всех наркоманов – потрясающая способность врать, в первую очередь, самим себе.

Наркоманы-3Сначала легкие наркотики, вскоре – первая инъекция

Мне 36 лет и пять лет я остаюсь свободной от употребления наркотиков. Моя карьера употребления началась лет так в 13-ть, в этом возрасте я впервые попробовала алкоголь и мне очень понравились эти ощущения. В таком возрасте я не могла себе позволить пить часто. А вот после окончания 11-го класса я считала себя уже взрослой девочкой и каждый праздник оканчивался пьянкой. Но со временем я поняла — алкоголь это не мое, от него дуреют, запах перегара, мозги не соображают, и я решила попробовать что-то более веселое и непринужденное и это были курительные вещества.

Круг друзей к 18 годам я уже выбрала, это были такие же люди, употребляющие наркотики, но на тот момент мне казалось, что это именно те друзья, с которыми я пойду по жизни, с которыми я смотрю в одном направлении, которые не боятся пробовать что-то новое, и которые, как и я, хотят жить в кайф. Именно с этими людьми в один прекрасный осенний вечер я совершила свой первый, инъекционный укол.

После употребления я поняла — это оно, это именно то, чего я хотела, эти чувства нельзя описать словами, такое только можно почувствовать, это полет всего тела, это радость, на тот момент мне казалось, что проблем в жизни не существует совсем. Я могла найти контакт даже с теми людьми, которых не переносила на дух. Я могла говорить часами, о чем угодно, на любую тему. Единственное, чего я боялась, чтоб меня не «спалили» дома.

Так продолжалось 12 лет, я вышла замуж за такого же употребляющего, как и сама, у нас родился ребенок, жили, торчали, ругались, дрались, но главным в нашей жизни было одно — найти деньги на дозу. Сначала мы, конечно, рассказывали родителям что-то очень важное, и они давали нам деньги, но потом уже это не прокатывало. Пошли в ход ломбарды, кредиты, зарплата тоже уходила вся туда, а в конце уже началось воровство. Это был ад на земле. Мне даже не было интересно, что с моим ребенком. Я тогда уже поняла, что мне хана, я наркоманка, но что делать с этим не знала, просто смотрела на не употребляющих людей и тупо им завидовала.

На тот момент было уже не до кайфа. Единственное, что я могла сделать — это обратиться к Богу и просить его о помощи.

Наркоманы-4Бывшие наркоманы сразу меня раскусили

Все эти истории объединяет то, что эти люди встретились в сообществе «Анонимные Наркоманы». И у каждого из них свой срок трезвости. Такие сообщества есть по всему миру, отпочковавшись от «Анонимных Алкоголиков» в 1953 году. Есть и в Донецке, правда в единственном количестве на всю Республику. Тогда, как до войны их было несколько в самом Донецке, а кроме того, в ГорловкеЕнакиевоМариуполе.

Я была приглашена на одну из встреч сообщества, куда пришли несколько девушек, парней, мужчин. Встретив их на улице, я бы в жизни не подумала, что они наркоманы. Точнее, были наркоманами. Сами себя они называют химически чистыми с разным сроком. Меня же они раскусили сразу, как потом признался один из них.

— Одного взгляда хватило, чтобы понять, что вы не зависимая. Я своего брата вижу издалека. А то что пришли, хорошо. Пусть о сообществе узнают в Донецке, как можно больше людей, кому-то это спасет жизнь. Вообще журналист у нас впервые в гостях, — признает один из парней. – Никому нет дела, что у нас сейчас каждый день гибнет молодежь до 25 лет. На тех наркотиках, которые появились сейчас, они не доживают ни до ВИЧей, ни до гепатитов. Если вы думаете – что-то изменилось за время войны, ошибаетесь. Стою недавно в аптеке и опытным взглядом вижу: в очередь вклинивается парень, называет аптекарю несколько цифр, получает желаемое и исчезает. Когда-то и я так приобретал дозу. Кстати, чтоб вы знали, алкоголь такой же наркотик и достаточно опасный.

В Донецке очень скоро откроется реабилитационный центр

— Что изменилось у нас за время войны, выросло ли у нас число наркозависимых или нет? – спрашиваю я главного врача Донецкого наркологического диспансера – Игоря Цыбу.

— С точки зрения наркорынка не изменилось ничего, — отвечает Игорь Владимирович. – Появляются новые вещества во всем мире, в том числе у нас. В чем сложность? В том, что есть вещества, обладающие наркотическим потенциалом, но не отнесенные к наркотикам на юридическом уровне. Пресечь распространение такого вещества практически невозможно. Таких препаратов немало, к тому же постоянно синтезируются новые. Этот процесс протекает во всем мире. Мы в этом ориентированы на законодательство РФ, но есть у нас и свои сложности. Если говорить о статистике, то ни провалов, ни скачков у нас не наблюдается. Рост наркомании начался в 90-х годах, вот тогда был колоссальный пик. Сейчас мы вышли на так называемое статистическое плато, каких-то особых потрясений в ту или иную сторону нет.

— А что у нас с реабилитацией наркозависимых?

— Первый этап лечения обычно проводится в государственных или частных клиниках. Это лишь первый этап, включающий в себя решение самых тяжких физических проблем. На это уходит от нескольких недель до месяца. После чего проблема окончательно еще не решена, и она требует дальнейшего участия врачей, психологов и т.д. Решать эти проблемы на дому чревато тем, что человек возвращается в свое привычное окружение и снова начинает употреблять наркотики. С этой проблемой до войны неплохо справлялись реабилитационные центры. Их было довольно много. Некоторые – религиозные, другие – светские, но свою миссию они выполняли. Сейчас у нас нет ни одного лицензированного официального реабилитационного центра. Мы нашли способ это решить. Сейчас в одном из наших структурных подразделений планируем открытие подобного центра. Даже наделенного более широкими функциями: там будут решаться не только наркоманические проблемы, но и алкогольные, постстрессовые в результате военных действий и т.д. Думаю, во втором квартале этого года он откроется. В этом будет участвовать наше государство. К слову, в Украинегосударственной реабилитационной программы нет до сих пор.

— Как вы, как врач-нарколог, оцениваете эффективность сообществ, подобных «Анонимным Наркоманам»?

— Положительно. Ребята выскакивают. Главное — идет признание собственных проблем и поиск способов их решения. Вообще же в сообществах важно, чтобы одна форма зависимости не перешла в другую. Такое часто бывает в сектантских группах. Но, насколько я знаю, у нас в Республике они запрещены. Часто говорят бывших наркоманов не бывает? А вот скажите, можно ли жить с хроническим насморком, плоскостопием или любым другим хроническим недугом? Разумеется! Как правило, хроническое отклонение здоровья к норме, за редким исключением, не возвращается, но жить с этим вполне можно нормально. То же и с наркоманией. Главное поставить перед собой цель – жить трезво. Человек может испытывать влечение к веществам, возможно, всю свою дальнейшую жизнь. Но бороться с этим нам под силу, было бы только на это желание самого человека.

 

Телефоны сообщества «Анонимные Наркоманы» в Донецке:

(071) 312-92-92

(050) 071-04-03

Сайт сообщества «Анонимные Наркоманы» в Донецке:

http://na-donbass.16mb.com/sobr.php

ИСТОЧНИК KP.RU

РНЦ © 2008 - 2019